КНИГА КАК ВЕЩЬ (продолжение)
by Людмила ЛУНИНА, Огонек

Первый и самый важный кадр, призванный убедить всех, мы сделали в самый длинный день, 22 июня, в четыре часа утра. Ради съемки мы с фотографом не спали всю ночь. Кадр очень понравился — и мы начали делать нашу книгу.

— Но надо же было, наверное, выбить финансирование?

— В Советском Союзе в смысле денег работать было очень просто. Самое главное — попасть в план издательства. У меня тогда даже было кредо — делать то, что невыгодно, потому что я понимал: рано или поздно этому придет конец. В альбоме «В окрестностях Москвы» я свое кредо использовал в полной мере. Единственное условие, которое я ставил перед фотографами, — чтобы ни на одной картинке не было видно разрушительных следов большевизма. Снимки «Архангельского» поэтому в альбом не попали.

— И сколько времени на книгу ушло?

— Года три. Для меня это был огромный опыт, большая школа.

При том надо учесть, что мы работали в докомпьютерную эпоху, когда все-все — от подбора шрифтов до размещения иллюстраций — делалось и переделывалось вручную.

— Вы преподавали?

— Два года читал лекции в Горкоме графиков. Меня приглашали в Полиграфический институт, но я предложил, чтобы студенты приходили ко мне на практику, работать над реальными книжками. Я считаю, что самая лучшая школа — просто сидеть и работать.

— А вас не зажимали? Начальство палки в колеса не вставляло?

— Нет, никогда. У меня вообще все время — и тогда и сейчас — все получалось. Правда, с большим трудом.

Мы приехали в Лондон — я стал работать через полчаса после того, как наш самолет приземлился в Хитроу. Здесь мне время от времени звонили мои коллеги и ученики, тоже перебравшиеся на Запад, просили содействовать в поиске работы. Я отвечал, что мы все в одной ситуации.

В Англии мне повезло в том смысле, что круг общения качественно не изменился. В Москве мы общались с художниками, искусствоведами, режиссерами, писателями — творческой интеллигенцией. И здесь продолжаем с ними общаться. Изменился лишь материал, с которым я работаю, — диапазон стал несравненно шире.

Я вообще очень люблю историю культуры. Лондон для таких людей, как я, — рай. Мы с Аленой любим ходить по антикварным магазинам и просто смотреть — здесь они как музеи. Кроме того, я делаю книги с очень известными людьми, специалистами в той или иной области искусства. Один мой коллега и уже друг Джулиан Райби — всемирно известный знаток исламской культуры, второй — Джулиан Томпсон — крупнейший авторитет по Китаю. Сейчас готовится книга «Частные апартаменты королевской семьи в Виндзорском замке». Ее написал Хью Уильямс, куратор королевской коллекции.

Он водил нас по Виндзорскому замку, по недоступным публике комнатам. Но предупредил, что королева во дворце и может случиться так, что нам придется быстро уходить, чтобы с Ее Величеством не пересечься. Так и произошло.

Уже лет семь я делаю сводный каталог крупнейшей в мире частной коллекции исламского искусства Дэвида Халили. Больше дюжины томов. Я уже неплохо в этом предмете разбираюсь. Создание книг и изучение культуры идет параллельно.

Не чувствуя тонкостей, придумывать книги сложно. Просто картинки расположить — можно, но иногда этого недостаточно.

Книга о Библиотеке конгресса США — один материал. Дворец в Португалии — второй. Сейчас у нас начинается путеводитель по Ватикану, потом по Лувру. Это бесконечный процесс — нон-стоп.

— Вы специализируетесь исключительно на книгах по искусству?

— На книгах с картинками. Но я не отказываюсь ни от какой работы. Для компьютерной компании Elonex я делаю абсолютно все — буклеты, листовки, любую рекламу. Все с удовольствием.

— Потому как деньги нужно зарабатывать?

— Это определенный ритм: здесь все работают напряженно, даже очень богатые люди. По-другому нельзя. Ну, наверное, в Англии есть прожигатели жизни, но мои друзья и партнеры не из их числа. Играть в элитарность, отказываться от заказов не принято: ты откажешься раз, другой — третий тебе не позвонят. И потом, мне действительно интересны все эти малые формы, и за них неплохо платят.

— Собственно заказчики, владельцы коллекций — вы с ними общаетесь?

— С английской королевой пока не довелось, но с другими, конечно, общаюсь. Нормальные люди. Они могут ничего не понимать в искусстве, но безошибочно чувствуют, устраивает их книжный макет или нет, будет книга (каталог, реклама) пахнуть деньгами или не будет. В интуиции им не откажешь. Проблемы возникают тогда, когда наступает время расчетов. Деньги здесь, как и везде, приходится выбивать.

— Получается?

— Да. Я же знаю слабости своих заказчиков — все равно заплатят. Правила игры нарушать нельзя. Я говорю: «В следующий раз тебе потребуется работа, я ведь буду тянуть столько же, сколько и ты». Вот сейчас тяну. Клиент понимает и ждет.

Pages: 1 2 3 4 5 6